Исповедь обычного человека, которого мне довелось повстречать.
Боль. Сильная боль разъедает все внутри. Больно физически и морально. Они ведут свою войну, в которой я лишь поле битвы. Даже убегать от боли пытаться не буду, бессмысленно, она будет преследовать.
Чувствую, долго так не протяну, не сдержусь, сорвусь, вновь запью, пытаясь заглушить боль. Но она уйдет, на время, позволив передохнуть. А потом, потом вернется с новой силой. Глупо заливать боль алкоголем, но становится легче, хоть и на чуть-чуть.
От меня ничего не осталось, кроме тела, на котором проходят многочисленные бои. В душе пустота, абсолютная. Внутри ничего нету, ничего не чувствую. Только боль, ужасная боль.
Наверное, стоит представиться и объяснить все. Зовут Максим, 47 лет, родился в одном из маленьких сел России, название говорить не стану, смысла не имеет.
Начну с самого детства, пожалуй. Спустя 3 года после моего рождения, мама отдала на воспитание бабушке, а сама устроилась на работу. Еще она пыталась найти любовь всей своей жизни, так как папа ушел от нее, не выдержав все ее капризы, истерики. Осуждать его не буду, вошел в его положение, и понял каково это.
У бабушки с дедушкой мне нравилось. По соседству жили хорошие ребята, с которыми я дружил. Скучно мне не было. Хотя, мамы мне не хватало, не смотря на то, что она забирала меня к себе на выходные. Материнскую любовь и любовь бабушки с дедушкой, сравнивать невозможно, это две разные вещи.
Еще меня воспитывала тетя, которая жила у бабушки с дедушкой. Ее я любил как старшую сестру. Она всегда была хорошей, чуткой, заботливой по отношению ко мне.
Вскоре она вышла замуж за отличного парня. Они были достойны друг друга, такие же добрые, они просто излучали тепло.
Андрей, муж Даши, стал мне старшим братом. Он постоянно рассказывал мне разные истории, анекдоты, играл со мной.
Из-за каких-то проблем со здоровьем, Даша несколько лет не могла забеременеть. Но ей удалось. У них родилась чудесная дочь, такая милая, как ангелочек. Назвали Аней. Теперь они были полноценной семьей. Правда, приходили они намного реже, но я не обижался. Иметь маленького ребенка очень тяжелое дело.
Аня подросла, стала еще милее чем была. Иногда ее отдавали бабушке на несколько дней, так как Даша не успевала на работе, и было страшно за Аню. Но Андрей с Дашей платили бабушке за это, чтобы помочь как-то.
Мама вышла замуж за довольно приятного мужчину. Я надеялся на то, что мама меня заберет к себе, ждал этого, но она не приходила. Думал, привыкнут они друг другу, и заберут меня. Но нет. Мама родила мне братика, чудной малый, а меня все не забирала к себе навсегда. Было обидно, что она забыла обо мне, но я старался этого не показывать.
Спустя лет шесть, мама развелась с ее мужем. Почему, я не знаю. Меня она так и не забирала. Хоть я был не слишком взрослым, но я на нее обижался, хоть и любил.
Лет в 16 она забрала меня к себе. Этому я был очень рад. Но большую часть своего внимания она уделяла младшему брату. Я понимал, он младше, и внимания большего требует, но было обидно, обидно потому, что мне она столько внимания не уделяла. Ей было плевать на меня тогда.
Но материнские чувства проснулись у нее ко мне, когда брат уехал в армию. Я-то уже отслужил тогда, и искал себе невесту.
Невесту нашел. Влюбился в нее по уши. Такая красивая, русые волосы, глаза цвета моря, а самое главное, она была любимой. Чувства были взаимны и мы поженились. Дом купили рядом с бабушкиным, там как раз соседи собирались уехать в Германию.
Жили мы хорошо, редко ругались. Да и не ругались, а так, спорили.
Родилась у нас дочка, миловидная. Назвали Алиной, на этом настаивала Лиза. Ребенок даже улучшил наши отношения, а не испортил.
У Ани, которая тоже вышла замуж, вскоре родилась дочка, назвали Юлей. Теперь и Аня была счастливой, имела семью, о которой всегда мечтала. Я был рад за нее.
Через несколько лет, Лиза родила мне сына. Казалось, нашему счастью ничто не сможет помешать, но это только казалось.
Каждый день к нам приходила моя мама, и наставляла Лизу. С утра до ночи она просиживала у нас, и учила жену как надо делать, а как нет. Лизе это изрядно поднадоело, так как приходы мамы дали трещину нашим отношениям, участились скандалы, которых, в принципе, не было.
Я начал уезжать на заработки в город, чтобы улучшить материальное положение нашей семьи. Приезжал домой на время, и уезжал. Я был рад их видеть, да и они меня, но мама все мешала нашим отношениям. Теперь она начала высказывать мне свои претензии по поводу Лизы. Я не предавал этому никакого значения, и вновь уезжал. Жена редко жаловалась по телефону по поводу мамы, но я чувствовал, она отдалилась от меня.
Чувства меня не подвели. Во время моей работы в другом городе, мне пришло письмо, которое гласило, что мы с Лизой официально разведены. Я думал, что просто развод, но документ был заверен. Еще там была записка от Лизы. Цитирую:
«Макс, если сможешь, прости. Я тебя безумно люблю, но так я больше не могу. Платить алименты я не заставляю, детей можешь навещать когда угодно. Знай, я тебя очень люблю, но нам просто не суждено быть вместе.
Прости.
Твоя Лиза…»
Было больно, но я не стал ее доставать своими расспросами, сам все понимал. Она устала. Это было начало конца.
Я запил, пытаясь заглушить боль, но не получалось. Было очень больно, будто вырвали сердце.
К детям я приезжал только когда не пил, дарил им подарки. Но они охладели ко мне, было еще больнее от этого.
Теперь я лежу в больничной палате без половины ступни на одной ноге и пальцев на другой. Ампутировали. Отмерзли.
Почему? Потому, что мой дом это улица. Я стал бомжем при живой маме и живом брате. Мама переключила все свое внимание на семью брата. Решила и его отношения с женой испортить. Ну, конечно, зачем ей нужен я, алкоголик, когда есть брат, майор. Ему так же плевать на меня с высокой горы.
Я один, совсем один. После того, как я попал в больницу, мама стала давить на жалость, и ее жалеют, конечно. Она же такая беззащитная, ходит, выпрашивает помощи, ссылаясь на то, как тяжело жить вдове с сыном, инвалидом. Да, она называет себя вдовой, не смотря на то, что ни один из ее мужей не умер. Просто так звучит престижней, пафосней. Она переругалась с Дашей, из-за того, что она постоянно ей жаловалась и заставляла бабушку делать за нее всю работу на своем участке земли, не жалея свою же 80-и летнюю маму.
Мама приходит ко мне, жалуется, рассказывает, кто и что дал ей для меня. Это изрядно поднадоело. Ее наигранная жалость, забота бесят.
Чувствую, выйдя из больницы, я просто сломаюсь и запью, но надо как-то предотвратить это. Я обещаю, я буду сильным, не сломаюсь! Буду благодарить Бога за то, что он не отобрал у меня жизнь, а просто взял маленькую часть моего тела, чтобы дать понять, что совершил слишком много ошибок и надо что-то менять.
Не смотря ни на что, я буду сильным, даю свое слово, а я его сдержу…
With love, Varona...
Боль. Сильная боль разъедает все внутри. Больно физически и морально. Они ведут свою войну, в которой я лишь поле битвы. Даже убегать от боли пытаться не буду, бессмысленно, она будет преследовать.
Чувствую, долго так не протяну, не сдержусь, сорвусь, вновь запью, пытаясь заглушить боль. Но она уйдет, на время, позволив передохнуть. А потом, потом вернется с новой силой. Глупо заливать боль алкоголем, но становится легче, хоть и на чуть-чуть.
От меня ничего не осталось, кроме тела, на котором проходят многочисленные бои. В душе пустота, абсолютная. Внутри ничего нету, ничего не чувствую. Только боль, ужасная боль.
Наверное, стоит представиться и объяснить все. Зовут Максим, 47 лет, родился в одном из маленьких сел России, название говорить не стану, смысла не имеет.
Начну с самого детства, пожалуй. Спустя 3 года после моего рождения, мама отдала на воспитание бабушке, а сама устроилась на работу. Еще она пыталась найти любовь всей своей жизни, так как папа ушел от нее, не выдержав все ее капризы, истерики. Осуждать его не буду, вошел в его положение, и понял каково это.
У бабушки с дедушкой мне нравилось. По соседству жили хорошие ребята, с которыми я дружил. Скучно мне не было. Хотя, мамы мне не хватало, не смотря на то, что она забирала меня к себе на выходные. Материнскую любовь и любовь бабушки с дедушкой, сравнивать невозможно, это две разные вещи.
Еще меня воспитывала тетя, которая жила у бабушки с дедушкой. Ее я любил как старшую сестру. Она всегда была хорошей, чуткой, заботливой по отношению ко мне.
Вскоре она вышла замуж за отличного парня. Они были достойны друг друга, такие же добрые, они просто излучали тепло.
Андрей, муж Даши, стал мне старшим братом. Он постоянно рассказывал мне разные истории, анекдоты, играл со мной.
Из-за каких-то проблем со здоровьем, Даша несколько лет не могла забеременеть. Но ей удалось. У них родилась чудесная дочь, такая милая, как ангелочек. Назвали Аней. Теперь они были полноценной семьей. Правда, приходили они намного реже, но я не обижался. Иметь маленького ребенка очень тяжелое дело.
Аня подросла, стала еще милее чем была. Иногда ее отдавали бабушке на несколько дней, так как Даша не успевала на работе, и было страшно за Аню. Но Андрей с Дашей платили бабушке за это, чтобы помочь как-то.
Мама вышла замуж за довольно приятного мужчину. Я надеялся на то, что мама меня заберет к себе, ждал этого, но она не приходила. Думал, привыкнут они друг другу, и заберут меня. Но нет. Мама родила мне братика, чудной малый, а меня все не забирала к себе навсегда. Было обидно, что она забыла обо мне, но я старался этого не показывать.
Спустя лет шесть, мама развелась с ее мужем. Почему, я не знаю. Меня она так и не забирала. Хоть я был не слишком взрослым, но я на нее обижался, хоть и любил.
Лет в 16 она забрала меня к себе. Этому я был очень рад. Но большую часть своего внимания она уделяла младшему брату. Я понимал, он младше, и внимания большего требует, но было обидно, обидно потому, что мне она столько внимания не уделяла. Ей было плевать на меня тогда.
Но материнские чувства проснулись у нее ко мне, когда брат уехал в армию. Я-то уже отслужил тогда, и искал себе невесту.
Невесту нашел. Влюбился в нее по уши. Такая красивая, русые волосы, глаза цвета моря, а самое главное, она была любимой. Чувства были взаимны и мы поженились. Дом купили рядом с бабушкиным, там как раз соседи собирались уехать в Германию.
Жили мы хорошо, редко ругались. Да и не ругались, а так, спорили.
Родилась у нас дочка, миловидная. Назвали Алиной, на этом настаивала Лиза. Ребенок даже улучшил наши отношения, а не испортил.
У Ани, которая тоже вышла замуж, вскоре родилась дочка, назвали Юлей. Теперь и Аня была счастливой, имела семью, о которой всегда мечтала. Я был рад за нее.
Через несколько лет, Лиза родила мне сына. Казалось, нашему счастью ничто не сможет помешать, но это только казалось.
Каждый день к нам приходила моя мама, и наставляла Лизу. С утра до ночи она просиживала у нас, и учила жену как надо делать, а как нет. Лизе это изрядно поднадоело, так как приходы мамы дали трещину нашим отношениям, участились скандалы, которых, в принципе, не было.
Я начал уезжать на заработки в город, чтобы улучшить материальное положение нашей семьи. Приезжал домой на время, и уезжал. Я был рад их видеть, да и они меня, но мама все мешала нашим отношениям. Теперь она начала высказывать мне свои претензии по поводу Лизы. Я не предавал этому никакого значения, и вновь уезжал. Жена редко жаловалась по телефону по поводу мамы, но я чувствовал, она отдалилась от меня.
Чувства меня не подвели. Во время моей работы в другом городе, мне пришло письмо, которое гласило, что мы с Лизой официально разведены. Я думал, что просто развод, но документ был заверен. Еще там была записка от Лизы. Цитирую:
«Макс, если сможешь, прости. Я тебя безумно люблю, но так я больше не могу. Платить алименты я не заставляю, детей можешь навещать когда угодно. Знай, я тебя очень люблю, но нам просто не суждено быть вместе.
Прости.
Твоя Лиза…»
Было больно, но я не стал ее доставать своими расспросами, сам все понимал. Она устала. Это было начало конца.
Я запил, пытаясь заглушить боль, но не получалось. Было очень больно, будто вырвали сердце.
К детям я приезжал только когда не пил, дарил им подарки. Но они охладели ко мне, было еще больнее от этого.
Теперь я лежу в больничной палате без половины ступни на одной ноге и пальцев на другой. Ампутировали. Отмерзли.
Почему? Потому, что мой дом это улица. Я стал бомжем при живой маме и живом брате. Мама переключила все свое внимание на семью брата. Решила и его отношения с женой испортить. Ну, конечно, зачем ей нужен я, алкоголик, когда есть брат, майор. Ему так же плевать на меня с высокой горы.
Я один, совсем один. После того, как я попал в больницу, мама стала давить на жалость, и ее жалеют, конечно. Она же такая беззащитная, ходит, выпрашивает помощи, ссылаясь на то, как тяжело жить вдове с сыном, инвалидом. Да, она называет себя вдовой, не смотря на то, что ни один из ее мужей не умер. Просто так звучит престижней, пафосней. Она переругалась с Дашей, из-за того, что она постоянно ей жаловалась и заставляла бабушку делать за нее всю работу на своем участке земли, не жалея свою же 80-и летнюю маму.
Мама приходит ко мне, жалуется, рассказывает, кто и что дал ей для меня. Это изрядно поднадоело. Ее наигранная жалость, забота бесят.
Чувствую, выйдя из больницы, я просто сломаюсь и запью, но надо как-то предотвратить это. Я обещаю, я буду сильным, не сломаюсь! Буду благодарить Бога за то, что он не отобрал у меня жизнь, а просто взял маленькую часть моего тела, чтобы дать понять, что совершил слишком много ошибок и надо что-то менять.
Не смотря ни на что, я буду сильным, даю свое слово, а я его сдержу…
With love, Varona...
Комментариев нет:
Отправить комментарий